Глава 23. Страшная головная боль

День начался неудачно. Эдис встала, как всегда, в шесть тридцать, чтобы проводить детей в школу. А Палмер, проснувшись, не успел еще пошевелиться, как почувствовал страшную головную боль. Скривившись от боли, он потянулся за часами, брошенными на тумбочку у кровати. Было уже восемь часов. Сев в кровати, он мгновенно пришел в себя и понял, что не успел повидаться с детьми, опоздает в банк, а в довершение ко всему эта невыносимая головная боль!

Завтрак тоже не принес облегчения. Две таблетки аспирина пока не помогали, а напряженная атмосфера, которая возникла между ним и Эдис — он это чувствовал,— только усиливала головную боль. Во всяком случае, ему так показалось. Он исподтишка наблюдал за женой, стараясь угадать, чувствует ли она то же самое, или его собственное настроение создает такую напряженную обстановку.

— Довольно скупой отчет об этом обеде в «Таймс»,— объявила Эдис.— Может быть, тебе и не стоило туда ходить?

— Ни один из них этого не стоит,— пробормотал Палмер.

— Тогда зачем же...

— Мои цели,— прервал он ее,— несколько отличаются от цели репортеров «Таймс», которые искали интересную для репортажа тему и не нашли. А я был там, чтобы меня видели, и достиг своего.

— Выполнил свой долг,— бесцветным голосом откликнулась Эдис.

— Совершенно верно.

Она молча продолжала просматривать газету, но Палмер почувствовал, что какие-то невысказанные мысли будто повисли в воздухе между ними. Как видно, она была бы не прочь продолжить разговор об обеде, но что-то ее удерживало. Неужели все дело было только в этом? Он отпил кофе.

— Разумеется, я не сидел там весь вечер,— проговорил он, сознательно возвращаясь к недосказанному.

— Я так и думала.

— Бернс пригласил меня, чтобы повидать нужных людей.

Эдис кивнула и продолжала читать. Палмер допил кофе и протянул было руку к кофейнику, но Эдис, не поднимая глаз от газеты, опередила его, и носик кофейника звякнул о его чашку.

— Осторожней,— предупредил он.

Взгляд Эдис метнулся вверх, но не на чашку, а ему в лицо.

— Разве я пролила?

— Я и не...— Он вздохнул и оборвал фразу.

Она наполнила чашку до краев.— Ты что-то очень нервный сегодня, милый.

— Выпил вчера порядочно у Бернса.

Эдис снова уткнулась в газету.— Было много приглашенных?

— Нет. Под конец остались только Бернс с Калхэйном и я.

— Уютная компания.

Палмер отказался от попытки разгадать ее мысли.— Потом и Калхэйн ушел.

— А Бернс старался удержать тебя?

— Да, а ты откуда знаешь?

Эдис легонько пожала плечами: — Он производит впечатление человека, который боится долго оставаться в одиночестве, особенно ночью.— Она нахмурилась. Потом аккуратно сложила газету и отодвинула от себя.— И еще он производит впечатление человека, который предпочел бы провести время с женщиной, а не с тобой.

Палмер кивнул и попытался улыбнуться: — Я вижу, ты уже готова подвести итоги.

Эдис подвинула к себе чашку и некоторое время задумчиво разглядывала остатки кофе. Палмер наблюдал, как ее затуманенный взгляд изучал темную жидкость. Прорицательница из колледжа Уэллсли.

— Иногда должно быть все же неловко,— проговорила она.— Он чересчур увлекается женщинами, правда?

— Да. Но почему должно быть все же неловко?

— Для другого человека, я хотела сказать.

— Не понимаю.

— Для такого, например, как ты,— уточнила она.

— О-о?!

— Он, конечно, пытается использовать тебя в своих целях,— сказала Эдис. В ее словах был и легкий намек на вопрос, и вместе с тем они звучали почти как утверждение.— Он на это способен. Такое у меня создалось впечатление. Второй муж Джейн в чем-то похож на него. Он тоже всегда был готов организовать небольшие попойки с развлечениями.— Эдис подняла глаза на мужа и слегка улыбнулась ему: — Ведь он тоже с востока, как и мистер Бернс. Восточные люди отличаются такой склонностью.

— Но Бернс ведь приехал с Западного побережья,— заметил Палмер.— Откуда же у него эти склонности?

— С каких это пор Бейрут попал на Западное побережье? Склонности к сексуальным излишествам — вот что отличает их от жителей Среднего Запада.

— Это напомнило мне о том, что говорил мне вчера вечером сам Бернс.— Палмер отпил несколько глотков кофе, борясь с желанием взглянуть, как примет Эдис это признание.

— Бедняга, он просто не понимает тебя, дорогой,— сказала она.

— Ты могла бы сочинить целую книгу о тех явлениях, которых не понимает Мак Бернс.

— О тебе, например.

— И вообще о многих явлениях,— сказал Палмер, но недостаточно быстро, чтобы это прозвучало непринужденно. Позднее, сидя в машине, по дороге в банк, Палмер восстановил в памяти их разговор, пытаясь определить, что же создавало эту скрытую напряженность в их отношениях. Сперва он решил, что все-таки это он один старается держать себя в руках. Она-то чувствует себя совершенно свободно. Но когда он вновь перебрал в уме весь их разговор, у него появилось беспокойное ощущение, что за каждым ее словом таился другой, невысказанный смысл. Сидя у себя в кабинете и раздраженно перебирая ничего не значащие бумаги из «входящих», Палмер старался избавиться от всех этих размышлений. Это привело лишь к тому, что голова у него разболелась еще больше. Когда в 10 часов пришла Вирджиния Клэри, он сначала обрадовался ее приходу, но вскоре и она начала раздражать его.

— ...и не без пользы провели вечер с милым Бернсом,— проговорила она.

— Скучно, пошло и никакой пользы,— проворчал он.— Вы поступили разумно, уклонившись от этого приглашения.

— Женщинам всегда рекомендуется поддерживать с Бернсом добрые отношения.

Нахмурившись, он оторвал взгляд от бумаг, которые она ему принесла.— Что вы хотите этим скачать? — резко спросил он.

— Так, ничего особенного.

Палмер, не переставая хмуриться, пристально взглянул на нее, на плавный изгиб высоких скул и невозмутимую ясность больших черных глаз. Он и сам не мог понять, почему его так бесило ее хорошее настроение и цветущий вид.

— Может быть, вы все-таки выскажетесь более определенно о его репутации? — настойчиво спросил он.

— В том, что касается женщин? — ответила она вопросом на вопрос.

— Да,— устало сказал он,— хотя бы в том, что касается женщин.

— Осведомленные лица утверждают, что он мог бы потягаться с дюжиной киногероев.

— Черт подери! — не стерпел Палмер.— И дернуло же Бэркхардта связаться с этим... — Он остановился, слишком поздно поняв, что ему не к лицу критиковать старика в присутствии его служащих.— Ну, ничего,— закончил он устало.— Оставим это. Некоторое время она в молчании глядела на него, затем потупилась. Несмотря на нестерпимую головную боль, Палмер успел заметить, что теперь она не сидит перед ним в натянутой позе, настороженная, как это бывало прежде. Она чувствовала себя свободно, а это уже хорошо. Впрочем, может быть, и нехорошо? Стоило ли допускать такую вольность... Он мотнул головой, как бы пытаясь освободиться от своих мыслей, но добился только нового приступа головной боли.

— Мне очень жаль,— услышал он.

— Чего вам жаль? — Собственный голос показался ему пронзительным и резким.

— Мне жаль, что вы так плохо себя чувствуете.

— А-а.— И он снова опустил глаза на бумаги, которые она ему принесла. Он был не в состоянии продолжать разговор. Он скорее услышал, а не увидел, что Вирджиния встала.

— У меня к вам просьба,— проговорила она.— Вчера я сказала, что хочу, чтобы вы видели во мне друга. Если вы этого не желаете, прошу вас, скажите прямо.

Он взглянул на нее.— Нет, я хотел бы, чтобы мы были друзьями,— ответил он, стараясь, чтобы его голос больше не звучал резко или раздраженно.— Я ведь, кажется, вчера говорил вам об этом.

Она кивнула: — Однако люди иногда меняют свои решения.

— Люди,— повторил он, тщетно пытаясь улыбнуться.

Почувствовав боль в скулах, он понял, что с самого утра впервые свободно разжал челюсти.— Люди, но не я,— добавил он, когда ему наконец удалось улыбнуться.

— Неужели с вами никогда такого не было?

— Нет, никогда.

Она снова села и внимательно посмотрела на Палмера. Потом улыбнулась.— Трижды ура в честь не знающего сомнений капитана «Пинафора»! — с улыбкой процитировала она.

— Неправда, я лишь помощник капитана.— Он вздохнул, поняв, что в конце концов ему все равно придется поговорить с ней о Бэркхардте.— А капитан,— сказал Палмер,— принял на работу такого идиота, как Бернс, и подкинул его мне: мол, заботься и корми этого младенца.— Он с досадой качнул головой: — Ну что заставляет его держать у себя такого субъекта?

— Полноте,— сказала она.— Признайтесь, в душе Бернс вам даже нравится.

— Почему это он должен мне нравиться?

— Хотя бы потому, что он по-своему интересен. И еще потому, что он может быть полезен. Наконец, вам лично он просто нужен. Вот уже три довода,— сказала она.— Продолжать?

— Почему вы считаете его интересным? — спросил Палмер.

— Но это и в самом деле так,— настаивала она.— Даже его сумасбродство, его позерство, его дурные манеры, его великолепная наглость, но абсолютная неспособность понимать что-нибудь в людях, кроме самых низменных их побуждений. А его вид, эти волосы! Наконец, его умение дурачить людей.

Палмер наблюдал за ней все время, и ему было приятно, что она не избегает его взгляда, как прежде.

— Вы, видно, неплохо его изучили,— сказал он.

— Для женщин он не представляет загадки.

— Да, я заметил.— Палмер откинулся назад и на мгновение закрыл глаза.— Есть здесь что-нибудь крепче аспирина?

— Намного крепче?

— Что-нибудь сильнодействующее.

— А вы не пробовали что-нибудь успокоительное?

Он приоткрыл глаза.— Успокоительное от головной боли?

Она легонько усмехнулась: — Просто удивительно, до чего благовоспитанно вы дали мне понять, что я ничего не смыслю в медицине. Беру назад свое предложение.

— Я жаловался на головную боль,— пояснил Палмер.— А успокоительные средства предназначены для снятия нервного напряжения. У меня же просто легкое похмелье.

— Посмотрю, нет ли в моем столе кодеина.

— Благодарю вас.— Палмер повернулся в кресле, напряжение понемногу ослабевало. Неужели на него так подействовало ее немногословное участие? А может быть, еще и то, что они оба могли так свободно говорить друг с другом.

— Мне уже лучше,— сказал он.— Как это вам удалось сделать?

— А я колдунья,— сказала она.— Хотя колдуньи, к которым вы привыкли, обычно цыганки. Но первоклассное колдовство можно встретить только у кельтов. В этом деле они вне конкуренции. Раздался мягкий звонок интеркома.

— Извините.— Палмер нажал на кнопку.

— Некий мистер Лумис хочет говорить с вами, мистер Палмер.

— Соедините меня с ним.— Палмер выпрямился и удивленно поднял брови.— Некий мистер Лумис! — обратился он к Виржинии Клэри.— Будто существует еще какой-нибудь Лумис! — Он взял телефонную трубку.

— Палмер? — раздался старый, но еще очень живой голос.

— Мистер Лумис,— откликнулся Палмер.— Очень сожалею, что на прошлой неделе нам не удалось связаться с вами. Очень любезно, что вы позвонили.

— ...до тех пор, пока они не упадут еще на один пункт,— услышал Палмер, как старик сказал кому-то на другом конце провода.— Хэлло, Палмер! У вас сегодня не занят ленч?

— Сегодня?

— Буду рад прислать за вами машину. Мы могли бы встретиться за ленчем в клубе.

Палмер закрыл глаза, стараясь сосредоточиться. Он не сомневался, что Лумис звонит из деловой части города.

— Полагаю, что смогу приехать,— сказал он.— Когда?

— Я привык есть рано,— сообщил Лумис.— За вами заедут без двадцати двенадцать, если это вас устраивает. Вы будете здесь примерно к полудню, и вас доставят назад в половине второго.

— Прекрасно.— Палмер подождал.— Что-нибудь...— начал было он и опять замолчал, подыскивая слова.— Должен ли я что- нибудь взять с собой?..— Еще не закончив фразы, Палмер понял, что вопрос прозвучал глупо.

— Нет, просто поговорим. В одиннадцать сорок.

— Хорошо. Я...— Но Лумис уже повесил трубку.

Старый грубиян. Палмер тоже повесил трубку и тут же почувствовал нестерпимую боль в виске, с жестокостью копья пронзившую его мозг насквозь. Он посмотрел на Вирджинию.

— Кодеин,— проговорил он,— пожалуйста.

Как только она вышла, Палмер, сидя в кресле, стал массировать затылок. Интересно, как бы он чувствовал себя, если бы это делал для него кто-нибудь другой. Быть от кого-то зависимым — это ужасно. Впрочем, так ли это ужасно?

Судорожно сжимая затылок, он снова закрыл глаза и старался сидеть неподвижно, превозмогая боль, в ожидании возвращения Вирджинии Клэри.

Вход

Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов: