Глава 8. Мисс Клэри

Художник-декоратор только что ушел. Палмер посмотрел на часы: был уже шестой час. Что у него еще намечено на сегодня?

Он сел за стол и окинул взглядом всю длину расстояния от стола до огромного окна. И тут ему внезапно пришло в голову, что он даже не познакомился с видом, который открывался из этого грандиозного иллюминатора. Палмер встал и медленно, большими шагами стал отмерять расстояние: пять... шесть... семь... восемь... девять. Сколько же это? Примерно сорок с лишним футов? Невероятно!

Палмер стоял у окна, устремив взгляд к северу вдоль Пятой авеню. В нескольких кварталах отсюда гостиница «Плаза» и ее фонтан нарушали прямую линию вытянувшихся в ряд однообразных зданий. У тротуара в солнечном свете, понуро опустив головы, стояли лошади, впряженные в извозчичьи пролетки. А немного поодаль виднелась территория утопавшего в зелени Сентрал-парка, зверинец, дорожка для верховой езды на пони и машины, въезжающие в парк у Шестидесятой улицы. Дальше все уже сливалось в густой зелени деревьев, сквозь которые едва прорывались мерцающие блики озера.

Палмер окинул взглядом обрамлявшую парк неровную вереницу крыш. Интересно, далеко ли она простирается на север? А за этими крышами, где земля, казалось, чуть выгнулась вверх, в лучах заходящего солнца смутно вырисовывались очертания крошечного, будто игрушечного, моста, переброшенного через Гудзон в Нью-Джерси. Как называется этот мост?

Позади снова почтительно заверещал сигнал интеркома.

Палмер обернулся и быстро пошел к столу, решив про себя, что это расстояние до окна, несомненно, превратит любование городским пейзажем в несколько обременительную для него роскошь.

Палмер нажал кнопку с надписью «секретарь», и ее вежливое мерцание мгновенно погасло. «Да?» — вопросительно произнес он в микрофон.

— Мисс Клэри все еще ожидает вас,— ответил ему голос секретаря.

— О господи! Пришлите же ее ко мне.

— Мистер Палмер?..

— Да?

— Будут ли еще какие-нибудь распоряжения на сегодня?

Палмер посмотрел на часы. Было уже четверть шестого.— Нет, на сегодня все. Вы свободны. Благодарю вас.— Палмер отключил микрофон, сел поглубже в кресло и попытался собраться с мыслями. Он чувствовал, что не так-то просто справиться с гневным возмущением, вскипевшим в нем во время ленча. Некоторые люди, правда, способны таить в себе злобу не только целый день, но и годы, и даже всю жизнь. Однако их не подвергали столь сокрушительному искушению, как кабинет размером в теннисный корт, и не подкупали видом из окна, достойным того, чтобы поместить его в контейнер, опечатать и продать.

— Мистер Палмер?

На пороге стояла еще уменьшенная грандиозностью дверного проема фигурка невысокой стройной женщины с большими глазами.

— Входите, мисс Клэри,— небрежно бросил он, не глядя ей в лицо.

Она вошла, не закрывая за собой двери, не произнося ни слова, и направилась к нему, неслышно ступая по толстому ковру тоненькими шпильками каблуков. Остановившись у стола рядом с креслом, которое он жестом предложил ей, женщина сразу стала как будто немного выше. Но все же она очень маленькая, подумал Палмер. Он молча наблюдал, как она села, положив ногу на ногу, и безуспешно пыталась одернуть юбку, чтобы закрыть колени. Однако, когда она перевела взгляд на него, он успел опустить глаза и внимательно разглядывал что-то на столе.

— Итак, вы и есть то самое лицо, которое ведает у нас вопросами рекламы и информации,— наконец произнес он.— Как вы понимаете, я не случайно говорю «лицо»,— добавил он с улыбкой.

Она внимательно посмотрела на него, затем ее довольно пухлые губы тронула вежливая улыбка.

— Не случайно,— повторила она за ним равнодушно.

Палмер был несколько удивлен, что его первая попытка создать атмосферу непринужденности не удалась. Но, увидев ее неподвижно сидящую в кресле, неестественно выпрямившуюся, с крепко сжатыми руками на коленях, он понял, что она ждет неприятностей, да еще ее, словно школьницу, заставили так долго ждать после окончания рабочего дня.

Палмер в упор взглянул на нее, и взгляды их встретились. На расстоянии ее темные глаза кажутся еще больше, подумал он, наверно, потому, что они сильно подведены, как это теперь принято, а отчасти, быть может, и потому, что они расположены глубоко в глазницах, отбрасывающих на них густую тень. Его почему-то заинтересовало, действительно ли у нее глубокие глазницы или они кажутся такими по контрасту с высокими, четко обрисованными скулами. Не выдержав его взгляда, мисс Клэри опустила глаза, и Палмер увидел, как вверх по ее щекам поползла легкая краска румянца, как порозовели словно резцом отточенные скулы. И лишь в этот момент Палмер впервые спохватился, что, разглядывая ее так откровенно, он преступил все дозволенные границы. Он опустил голову и пожалел, что на столе нет ни одной бумажки, которую он мог бы для вида переложить с одного места на другое.

— Я хотел вам сказать,— начал он и остановился. Она взглянула на него, но тут же отвела глаза, как бы опасаясь снова встретиться с его пристальным взглядом.

— Так вот, сейчас я объясню, зачем я вас вызвал.— Он запнулся, стараясь придать своим словам более вежливую форму.— Это касается информации для прессы,— сказал он.— Вот почему я попросил вас зайти ко мне на минутку.

— Какой информации для прессы? — спросила она.

— По поводу моего назначения.

— Ах, вы об этом.— Она кивнула, и волнистая прядь черных волос легко скользнула ей на лоб.

— Я, собственно...— И Палмер снова замолк. Черт знает что. Она, разумеется, ждала неприятностей, но едва ли предполагала встретить здесь запинающегося идиота, мелькнуло у него в голове.

— Мистер Бэркхардт позвонил мне в воскресенье домой,— заговорила она, как видно опасаясь, что снова наступит неловкая пауза,— и велел подготовить сообщение для печати.— Она было остановилась в ожидании, что он что-то скажет, но затем быстро, низким и монотонным голосом продолжала:

— Я прочла ему это сообщение сегодня утром по телефону. Он его одобрил, и материал был тут же с курьером разослан редакциям газет, так как предназначался для срочной публикации.

Палмер подождал, не последует ли за этим что-либо еще, и, убедившись, что она больше ничего не скажет, сам обратился к ней:

— Иными словами, вы хотите сказать, что только вы и Бэркхардт знали о содержании этого сообщения до того, как оно было отправлено из оффиса.

— Да, и еще Фредди, который размножал его на ротапринте.

— И Фредди, который размножал его на ротапринте,— повторил Палмер.

Оба они на мгновение замолчали. Палмер снова принялся изучать ее наружность, научившись делать это теперь, не сосредоточиваясь на какой-либо детали, чтобы не привлекать ее внимание. Мисс Клэри, по-видимому, было лет тридцать пять, и в иных, более спокойных условиях она, несомненно, выглядела бы очень привлекательно. Сейчас же она держалась все еще немного скованно.

— Имеет ли он допуск к секретным документам? — внезапно спросил Палмер.

— Кто, Фредди? — Большие глаза мисс Клэри с опасением взглянули на него.

— По-видимому, это сообщение для печати носило сугубо секретный характер, и рядовой служащий, вроде меня, не имел права даже взглянуть на него до того, как его разослали прессе! Я рад тому, что хотя бы вы и Бэркхардт были в курсе дела. А также Фредди.

Снова наступила тягостная тишина. Палмер понял, что его сарказм, даже облеченный в такую, как ему казалось, легкую и шутливую форму, не способен растопить ледяное оцепенение этой женщины. Он ничего не знал о ней, кроме того, что ни один большой банк, подобный «Юнайтед бэнк», никогда не нанимал женщин на должность руководителя отдела рекламы и информации. По-видимому, у нее были очень влиятельные связи и она была отличным работником. Однако в данный момент Палмер не располагал никакими доказательствами этого и руководствовался лишь дедуктивной логикой собственного мышления.

— Ну, скажите же что-нибудь,— обратился он к мисс Клэри улыбаясь.

Она быстро взглянула на него, и вдруг ее ничего не говорящее, застывшее лицо совершенно преобразилось: уголки рта мило изогнулись в насмешливой улыбке.

— Что-нибудь,— повторила она.

— Ну, не упрямьтесь, скажите хоть что-нибудь еще,— настаивал Палмер.— Это ведь не так трудно. Скажите же еще что-нибудь.

— Еще что-нибудь,— снова повторила она.

— Ну вот и хорошо. А теперь повторяйте за мной: я больше не буду рассылать сообщений для печати о Вудсе Палмере без его предварительного согласия.

— Я больше не буду,— повторяла она за ним,— рассылать сообщений для печати о Вудсе Палмере без его предварительного согласия. Хорошо?

— Хорошо. Вопросы есть?

— Один вопрос есть,— сказала мисс Клэри.

— Выкладывайте,— подбодрил он ее.

— С какого дня меня увольняете? — спросила мисс Клэри.

Палмер положил руки на стол ладонями вверх.

— А вы разве не знаете банкиров? — ответил он вопросом на вопрос.—

Мы никогда не наносим удара, если это не предусмотрено сценарием. В случае просрочки платежа по закладной мы проводим конфискацию фермы лишь после того, как бандиты прикончат главу семьи. Итак, если вы будете соблюдать правила игры, вы будете уволены лишь к моменту вашего ухода на пенсию.— Для подтверждения своих слов он снова кивнул головой.— Это позволит нам сэкономить деньги, предназначенные для выплаты пенсии.

Понятно?

Некоторое время она испытующе смотрела на него, затем сказала: — Я не взяла с собой сумки, нет ли у вас сигарет?

— Где-то были.— Он пошарил в карманах, потом открыл стоявшую на столе квадратную коробку и вынул две сигареты.— Моя марка,— сказал он неожиданно упавшим голосом. И какая-то частица раздражения, владевшего им весь этот день, снова зашевелилась в нем.— В Нью-Йорке каждому известно обо мне буквально все. Даже марка сигарет, которые я курю. Для всех здесь моя жизнь словно раскрытая книга.— Поднося зажигалку к ее сигарете, он попытался сформулировать свой следующий вопрос так, чтобы не показать, насколько он действительно озабочен:

— Скажите мне, пожалуйста,— сказал он,— хороша ли разведывательная система ЮБТК?

— Поразительно хороша,— ответила она.

— Я имею в виду не деловую информацию,— уточнил он.

Она смотрела, как он закуривал сигарету: — Я понимаю, что вы имеете в виду,— сказала она, опустив глаза на его письменный стол.— Насколько мне известно, вы тоже не новичок в области разведки.

— Да, был связан с этим делом пятнадцать лет назад,— ответил он и на мгновение остановился.— Думаю, что в моем досье указаны точные даты.

Она утвердительно кивнула головой и спросила: — Хотите посмотреть? Палмер откинулся в кресле, почувствовав некоторое облегчение.— Как- нибудь в другой раз,— сказал он.— В какой-нибудь из дождливых вечеров, когда совсем нечего будет делать.

— Самая ранняя запись относится к 1945 году,— сообщила мисс Клэри.

— Похоже на то, что вы совсем недавно заглядывали в это досье,— сказал Палмер.

— С этого я начала сегодняшнее утро.

— Скажите, кто все же позвонил первый? Вы или Мак Бернс?

Она слегка улыбнулась, и Палмер отметил, что рот ее очень хорошеет, когда она улыбается.— Я ведь работаю в ЮБТК всего год с небольшим, этого недостаточно для того, чтобы до такой степени развратить меня. Он позвонил мне.

— И вы ответили на его вопросы?

— Разумеется,— сказала она и стряхнула пепел с сигареты в золоченую с эмалью пепельницу.— Ведь он работает на нас.

— Однако не все об этом знают.

— Кому-кому, а уж мне-то положено знать об этом, не так ли? Какой был бы толк, если бы я не...

— Скажите,— прервал он ее, решив узнать еще больше после того, как ему удалось установить то, что его интересовало.— Вы работали в какой- нибудь газете до того, как поступили на работу в ЮБТК?

— Да, в «Стар».

— Занимались финансовыми вопросами?

— Точнее, банковскими.

— А что вы делали до этого?

— Работала в «Таймс», в отделе информации.

Палмер поморщился: — Обычно люди продвигаются по служебной лестнице в обратном порядке, как бы это сказать, в порядке повышения, что ли. А вы из «Таймс» перешли в «Стар».

— Не у всех так получается,— заметила она осторожно.— В «Стар» я получала больше денег.— Она немного помолчала, а затем, как бы пытаясь сделать глубокий вдох, спросила:

— Не хотите ли посмотреть рекомендации и отзывы о моей работе?

Снова наступила тишина. Казалось, что необъятное пространство кабинета Палмера все было заполнено этой неестественной гишиной, разделявшей их. Наконец Палмер улыбнулся и сделал первый шаг навстречу:

— Я опять сказал не то, что нужно, правда?

На этот раз она не ответила на его улыбку.— Нет, у вас все получается очень хорошо,— сказала она.— Хотя вы никогда не были журналистом, но отлично знаете, какие можно задавать вопросы и как именно это нужно делать. У других уходят годы, чтобы в совершенстве овладеть этой техникой.

— Это у меня выучка еще военного времени,— сухо пояснил он и добавил: — Разрешите сделать заявление?

Широким взмахом руки она обвела просторы этой комнаты. Палмер успел заметить, что колец она не носит, а пальцы у нее тонкие и длинные.

— Здесь вы хозяин,— ответила она.

— В какой-то мере я сожалею,— начал он,— что мне пришлось именно у вас спрашивать о том, что мне надо было узнать. Но, обращаясь к вам, я руководствовался лишь логикой. Все это ни в каком смысле не носило личного характера.— Он взглянул на нее вопросительно.

— Да,— сказала мисс Клэри.

— Мне и раньше приходилось встречать женщин, работающих в банках,— медленно продолжал он, стремясь заранее обдумать, а если надо, внести поправки в то, что намеревался сказать ей.— И вот в чем я убедился: только лишь для того, чтобы быть принятой на работу в банк, женщины должны обладать значительно более высокой квалификацией, чем их коллеги мужчины, занимающие аналогичные посты. Такова природа вещей. И все же, как вы знаете, женщины до сих пор еще не получают жалованья, полагающегося им на этой должности.

— Да, я знаю,— подтвердила мисс Клэри.

— Но мне еще никогда не доводилось встречать женщин, занимающихся в банке вопросами рекламы и информации. Полагаю, что в этих вопросах вы разбираетесь гораздо лучше, чем мы этого вправе ожидать от вас.— Он сделал паузу и сказал: — Это все, что я хотел сказать.

Мисс Клэри встала, расправила на бедрах узкую черную юбку. Палмер впервые обратил внимание на то, как она женственно стройна, несмотря на небольшой рост. И это вызвало в нем едва уловимое радостное ощущение. Приятно видеть маленькую женщину, непохожую на современный тип женщин, щеголяющих своими агрессивно-мальчишескими фигурами, решил он.

— Могу ли я рассчитывать на равный с вами регламент? — спросила она.

— Пожалуйста.

— Очень сожалею,— сказала она, глядя ему прямо в глаза,— что я, как бы это лучше сказать, ну, не имела возможности предварительно согласовать с вами это сообщение для прессы. Надеюсь, что с вашим приходом несколько изменится стиль нашей работы, господствовавший до сей поры, и что именно вы его измените. Но я, конечно, понимаю, что на это потребуется время и это не произойдет уже завтра. Кажется, я высказалась достаточно откровенно.

— Я понимаю.

— Что касается Мака Бернса, могу сказать только, что я знаю его довольно давно. Мы всегда ладим с ним, потому что в его задачи входит ладить с журналистами. Больше тут нечего добавить.

— Согласен.

— Вот и все,— сказала мисс Клэри в заключение.

— Очень хорошо сказано,— прокомментировал он.— Через день или два я уеду. Но когда я вернусь после праздников, вам придется обстоятельно проинформировать меня о многих вещах.

— Хорошо.

— Благодарю вас,— сказал Палмер.

Мисс Клэри медленно повернулась к двери. На какое-то мгновение губы ее чуть приоткрылись, но снова сомкнулись, словно она хотела что-то сказать, но передумала. Взглянув на Палмера с улыбкой, она сказала:

— Не за что.— И пошла к двери.

Наблюдая, как она идет по комнате, Палмер скользнул взглядом по ее бедрам, почти не двигающимся, и понял, что она все еще строго контролирует каждое свое движение, хотя он, казалось, сделал все, чтобы она почувствовала себя более свободно. Разумеется, впереди еще много времени. И он попытался представить себе, как двигается и говорит мисс Клэри в непринужденной обстановке.

Он тут же удивился, почему его могло это интересовать. И вообще какое это имеет значение.

Вход

Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов: