Эл Вайсе. Ходячая энциклопедия графиков

Ходячая энциклопедия графиков

С точки зрения отношения прибыли к риску Эл Вайсе (Al Weiss), как управляющий портфелем фьючерсов, имеет, пожалуй, наилучшие долгосрочные достижения. Начав в 1982 году торговать под вывеской AZF Commodity Management, Вайсе с тех пор в среднем получал 52% прибыли в год. Одна тысяча долларов, инвестированная в фирму Вайсса в 1982 году, к концу 1991 года превратилась бы в почти 53 тысячи долларов. Однако прибыль — это лишь одна сторона дела. По-настоящему впечатляющим элементом достижений Вайсса является то, что эта высокая прибыль была достигнута при исключительно небольших падениях капитала. За весь период самым большим падением капитала у Вайсса было 17% в 1986 году. А в последние четыре года (1988-91 гг.) Вайсе отточил навыки управления риском до поистине удивительных стандартов: во время этого периода худшее падение капитала у него составляло в среднем менее 5% за год, а среднегодовая прибыль превысила 29%.

Несмотря на выдающиеся результаты, Вайсе ведет довольно незаметный образ жизни. До 1991 года Вайсе неоднократно отказывался давать какие-либо интервью. Он объясняет это словами: «Я считал, что мои методы недостаточно проверены до тех пор, пока не смог достичь по крайней мере десяти лет превосходных результатов». Он также считал, что интервью могли привлечь неподходящих инвесторов. Сейчас, однако, это соображение отпало, потому что Вайсе уже имеет под своим управлением достаточную сумму денег, которой может управлять без отрицательного влияния на результаты (приблизительно 100 млн долларов).

Хотя Вайсе теперь постоянно отказывается от новых инвесторов, время от времени он делает исключение.

Он объясняет это так: «Иногда я беру небольшую сумму (100 тысяч долларов), если считаю, что человек этот по-настоящему искренний. Я все еще получаю удовольствие от того, что беру небольшую сумму и заставляю ее расти. Совсем недавно я принял нового инвестора, потому что на меня произвело впечатление то, что он изучил результаты пятисот СТА, прежде чем сделать свой выбор. По иронии судьбы в то время, когда я разговаривал с этим человеком, мне позвонили из одного французского банка, желавшего инвестировать 30 млн долларов. Я отказал банку, но принял небольшую сумму в 100 тысяч долларов». Вайсе, кроме того, отказывается от известности потому, что человек он по природе замкнутый. Он признает, что за те десять лет, что он управляет средствами инвесторов, он встретился лишь с пятью своими клиентами. Хотя в телефонном разговоре Вайсе производит впечатление человека общительного, в его характере на самом деле преобладает застенчивость.

Одним из хобби Вайсса является размещение денежных средств в управление другими трейдерами. Он уделяет этому делу один-два дня в месяц. По его оценке, за много лет он изучил результаты приблизительно восьмисот трейдеров. Из этой большой группы он выбрал примерно 20 трейдеров для личного инвестирования. Его целью является не выбор каких-то отдельных супертрейдеров, а скорее создание диверсифицированной группы трейдеров, чьи объединенные результаты демонстрируют и хорошую прибыль, и очень незначительную волатильность результатов. Интересно, что характеристики результатов этой группы трейдеров в целом очень напоминают результаты самого Вайсса. В период с 1988 по 1991 год группа получила среднегодовую прибыль в 19% с исключительно низким средним максимальным годовым падением капитала — менее 3%. Соотношение этих двух показателей (19/3 = 6,3) очень близко к соотношению таких же цифр у Вайсса за тот же период (29/5 = 5,8).

Мое интервью с Вайссом оказалось, пожалуй, одним из наиболее трудных интервью из всех, что мне приходилось брать. Честно говоря, если бы не впечатление от его результатов, я вообще, вероятно, отказался бы от этой главы. После почти каждого заданного мною вопроса Вайсе пускался в длительные рассуждения на отвлеченные темы до тех пор, пока сам не спохватывался и не переставал говорить, и в его взгляде читалось: «Остановите меня, пока я не ушел еще дальше». Обоим нам первое интервью показалось настолько неудачным, что мы решили прерваться и пойти перекусить. Во время моих интервью с другими трейдерами я часто брал магнитофон в ресторан, и часть моих интервью фактически была сделана во время еды, однако в этом случае перспектива была настолько невоодушевляющей, что я специально оставил магнитофон дома. Я также подумал, что более непринужденный разговор может помочь сломать лед.

После обеда мы решили попробовать еще раз продолжить интервью во время вечерней прогулки. Атмосфера способствовала разговору, ибо тем мягким зимним вечером мы бродили по тихим улицам маленького острова неподалеку от побережья Флориды. Однако интервью все равно продвигалось очень неустойчиво. Мне приходилось все время включать и выключать свой магнитофон. Ниже следуют отрывки, по крупицам выбранные из наших разговоров, и некоторый дополнительный материал из последующей переписки.

— Как получилось, что вы стали трейдером?

— Это произошло не вдруг. Я потратил четыре года на солидные исследования, прежде чем занялся се рьезной торговлей. Проведя буквально тысячи часов за разглядыванием графиков и погружаясь в историю настолько глубоко, насколько было возможно, я начал видеть некоторые стереотипные фигуры, которые стали основой моего торгового подхода.

— Вы потратили четыре года на исследования, прежде чем вообще начали торговать?

— Да. Я очень не люблю риск. Я хотел быть уверенным в своем подходе, прежде чем начать.

— А насколько глубоко вы погружались в историю при исследовании графиков?

— Это зависело от конкретного рынка и имевшихся в наличии графиков. В случае зерновых, например, я смог проследить рынок до 1840-х годов.

— Неужели необходимо было заглядывать так далеко в прошлое?

— Безусловно. Одним из важнейших элементов долгосрочного анализа графиков является понимание того, что в разных экономических циклах рынки ведут себя по-разному. Понимание этих повторяющихся и смещающихся долгосрочных стереотипных фигур требует большого количества исторического материала. Понимание того, в какой части экономического цикла вы находитесь — скажем, в инфляционной или дефляционной фазе, — критически важно для понимания фигур графиков, образующихся в это время.

— А на что вы жили те четыре года, которые посвятили изучению рынков?

— Когда мне было чуть больше двадцати, я разработал уретановое колесо для скейтбордов, и оно принесло большой финансовый успех. Я вложил деньги, сделанные на этом предприятии, в рынок недвижимости, и это тоже оказалось очень прибыльным делом. В результате денег у меня было достаточно, и я мог полностью посвятить себя исследованиям.

—Насколько я понимаю, вы торгуете, используя в основном технические системы. Почему, по вашему мнению, ваши результаты настолько лучше результатов других фьючерсных трейдеров, использующих аналогичные методы? В частности, мне любопытно, как вам удается избегать больших падений капитала, которые, кажется, почти неизбежны при таком подходе.

—Хотя для принятия торговых решений я применяю технический анализ, существует ряд важных отличий между моим методом и подходами большинства других трейдеров этой группы. Во-первых, я думаю, очень не многие технические трейдеры идут в своих исследованиях дальше, чем на тридцать лет в прошлое, не говоря уже о ста и более годах. Во-вторых, я не всегда интерпретирую одну и ту же стереотипную фигуру одинаково. Я также учитываю, в какой части долгосрочного экономического цикла мы находимся. Одно лишь это может приводить к весьма существенным различиям между выводами, которые извлекаю из графиков я, и теми выводами, к которым приходят трейдеры, не учитывающие этого момента. Наконец, я рассматриваю классические фигуры графиков (голова и плечи, треугольник и т. д.) не просто как независимые формации. Скорее я стараюсь находить определенные сочетания фигур или, иными словами, фигуры внутри фигур внутри фигур. Эти более сложные многофигурные комбинации могут давать сигналы для проведения сделок с более высокой вероятностью успеха.

—Какие распространенные фигуры графиков оказываются точными лишь в 50 процентах случаев?

—Большинство из них. Но это не недостаток. Фигура, которая работает в 50 процентах случаев, может быть вполне прибыльной, если вы применяете ее вместе с хорошим планом управления риском.

— Чем является технический анализ — искусством или наукой?

— Это и искусство, и наука. Это искусство в том смысле, что если вы попросите десятерых разных трей деров определить фигуру «голова и плечи», вы получите десять разных ответов. Однако отдельно взятый трейдер может сделать такое определение математически точно. Иными словами, трейдеры, использующие графики, являются художниками до тех пор, пока они математически не определят свои фигуры — скажем, как часть структуры данных, — после чего они становятся учеными.

— Почему вы выбрали чисто технический подход, а не такой, в котором применяются также фундаментальные факторы?

— Многие экономисты пытались торговать на фьючерсных рынках, используя фундаментальный подход, и обычно они в конце проигрывали. Проблема здесь в том, что рынки работают, опираясь больше на психологию, чем на фундаментальные факторы. Например, вы можете определить, что серебро должно стоить, скажем, 8 долларов, и это вполне может быть точной оценкой. Однако при определенных условиях — например, в сильно инфляционной среде — цена может временно подняться значительно выше. Во время инфляционного бума биржевых товаров, достигшего пика в 1980 году, серебро дошло до максимума в 50 долларов — а это ценовой уровень, совершенно не соответствующий какой-либо истинной фундаментальной стоимости. Разумеется, в конечном счете рынок вернулся к справедливой цене — не было случая, чтобы хотя бы один товар длительное время торговался по необоснованной цене,— но тем временем любой человек, торгующий исключительно с использованием фундаментального подхода, неизбежно был бы разорен.

—Какие особенно памятные сделки приходят вам на ум?

—Даже находясь в отпуске, я продолжаю следить за графиками цен. Летом 1990 года, отдыхая на Багамах, я обновлял графики, сидя за небольшим столиком под пальмами. Я обратил внимание на фигуры, подававшие сигналы покупки на всех рынках энергоносителей. Эти сигналы казались очень странными — потому что очень необычно, чтобы сигнал покупки мазута появился летом. Однако я не усомнился в этой сделке и просто разместил ордера по телефону. Через три дня Ирак вторгся в Кувейт, и цены на нефть взлетели до небес.

—Вы следуете своей системе без исключений или иногда игнорируете торговые сигналы?

—Я следую системе в более чем 90 процентах случаев, но иногда пытаюсь улучшить систему. Поскольку такие отклонения от системы я делаю очень и очень разборчиво, они в целом улучшают производительность системы.

—Приведите пример ситуации, в которой вы проигнорировали систему.

—В октябре 1987 года в разгар краха фондового рынка я начал получать взволнованные звонки от своих клиентов, желавших знать, не понесли ли они больших убытков. Я спокойно объяснял, что по итогам того года мы еще имели прибыль в размере 37%, и что общий риск всех наших открытых позиций составлял всего 4%. Я подумал, что люди будут чувствовать себя на рынках очень незащищенными, и в результате последует бегство капитала в казначейские векселя. И я решил закрыть всю свою короткую позицию по казначейским векселям, хотя моя система и не давала никакого сигнала разворота. Это оказалось правильным действием, ибо рынок казначейских векселей почти сразу же развернулся и пошел вверх.

— Из ваших предыдущих замечаний следует, что вы считаете экономические циклы важными. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?

—У всего есть циклы — у погоды, у морских волн и у рынков. Одним из наиболее важных долгосрочных циклов является цикл от инфляции до дефляции. Примерно каждые два поколения, грубо говоря, каждые 47-60 лет образуется дефляционный рынок. Например, если говорить о фьючерсных рынках, то мы сейчас переживаем дефляционную фазу, начавшуюся в 1980 году. В течение последних двухсот лет эти дефляционные фазы обычно длились от восьми до двенадцати лет. Поскольку сейчас мы вступили в двенадцатый год дефляции фьючерсных цен, я думаю, что мы очень близки к глобальному минимуму фьючерсных рынков.

Другим важным соображением в отношении циклов является то, что на разных рынках длина их очень разная. Например, на рынках зерновых, которые очень сильно зависят от погоды, вы можете наблюдать сильный бычий рынок примерно пять раз в течение каждых двадцати лет. А на рынке золота крупный бычий цикл может происходить лишь три-пять раз за столетие. Это соображение может сделать рынок золота весьма непривлекательным для трейдеров, пытающихся сыграть на следующей бычьей волне.

—Какая мысль в отношении рынков является, на ваш взгляд, самой важной?

—Самым важным является то, что рынки полностью основаны на человеческой психологии, и, строя графики рынков, вы лишь преобразуете человеческую психологию в графическую форму. Я считаю, что при анализе значений этих ценовых графиков человеческий ум мощнее любого компьютера.

В высшей степени индивидуальный подход Вайсса не дает возможности легкого его обобщения. Конечно, его комментарии могут вдохновить тех, кто склонен к анализу циклов, но я должен добавить, что другие опытные трейдеры, такие как Экхардт, довольно убедительно отстаивают противоположную точку зрения.

Пожалуй, наиболее важным его вкладом является то, что надежность анализа графиков может быть значительно улучшена путем рассмотрения классических фигур графиков как частей более сложных комбинаций, а не самостоятельных изолированных элементов, как это обычно делается. Вайсе также подчеркивает, что при изучении и анализе графиков необходимо проникать гораздо глубже в прошлое, чем это делается обычно. На тех рынках, для которых он смог достать данные, Вайсе исследовал графики за целых 150 лет.

По существу я думаю, что успех Вайсса объясняется сочетанием огромного объема исследований при анализе графиков и умения видеть довольно сложные фигуры. Собственно говоря, логически можно придти к выводу, что и вы добьетесь успеха, если сможете читать графики так же умело, как это делает Вайсе. Не очень-то полезная информация, не правда ли? Однако непрекращающаяся полоса высокой среднегодовой прибыли Вайсса при незначительном максимальном падении капитала являет убедительное доказательство того, что чистый анализ графиков может дать исключительно эффективный торговый подход.

Вход

Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов: