Глава 10. Секс

 Они бросаются на телефонную трубку, словно гремучие змеи. Проходит минуты две - и вот они уже все распродали. Позиция закрыта, прибыль снята: 6 800 000 долларов. Они в изнеможении откидываются на спинки стульев и обмениваются счастливыми улыбками. Сара чувствует, как ей передается их настроение. Ощущение близко к сексуальному. Они выключают экран и отправляются праздновать победу.
Линда Дэвис, «Гадючье гнездо»

Вечная новизна

«Секс, - говорил Сомерсет Моэм, - это самая главная тема». Когда мы не занимаемся сексом, мы о нем говорим, когда не говорим - думаем, а когда не думаем - занимаемся. Едва ли можно найти такую сферу человеческой деятельности, где не был бы замешан секс. Однако может показаться, что секс и игра на бирже несовместимы. Почти у каждого биржевого спекулянта, писавшего мемуары, можно найти утверждение, что хорошая сделка «лучше, чем секс». Когда женщины на светских приемах спрашивают меня, где я работаю, я неизменно отвечаю: «Я - простой спекулянт». И любопытствующая дама тут же исчезает с моего горизонта. Хуже ответа не придумать... разве что назваться «простым статистиком»!

Так неужели спекуляция - единственная область жизни, не затронутая сексом?! Но это не похоже на правду. Ведь на самом деле жадность и вожделение - родные сестры. Секс порождает жизнь, спекуляция ее поддерживает. И сексом, и спекуляцией лучше заниматься без посторонних. И то и другое занятие поглощает человека с головой. И в том, и в другом есть привкус непристойности: оба основаны на первобытных инстинктах, которые могут довести человека до безумия.

Может быть, именно этим объясняется атмосфера таинственности, окутывающая вопрос о связи между сексом и спекуляцией? Перерыв горы «научной» литературы на ту и другую тему, я обнаружил, что ни одной книги о связи секса и спекуляции не существует. Единственная известная мне попытка как-то соотнести секс и спекуляцию - это так называемый «индекс подола». Идея состоит в том, что активность рынка напрямую связана с модной длиной юбок.

Свидетельства в пользу этой теории обычно черпают из истории моды 20-х и 60-х годов, когда девушки носили мини, а цены на акции взлетели до небес. А в 30-е и 70-е годы, когда в моде были макси, акции пребывали в полумертвом состоянии. Подобные бредовые гипотезы обычно сопровождаются не менее бредовыми комментариями вроде: «Было бы вполне разумно предположить, что подъем линии подола и цен на акции отражает общий рост легкомыслия и решительности, поскольку у длины юбки есть свои пределы (верхний предел - верхняя часть бедра); когда достигается предел, это означает, что настроения в обществе дошли до некой крайности». Если изложить эту идею более внятно, получится, что миловидная девица в мини-юбке способна превратить всех игроков на бирже в бешеных быков. Все рассуждения подобного рода, попавшиеся мне на глаза, были написаны до расцвета феминистского движения. Поэтому большинство авторов ханжески выражали надежду, что индекс Доу не дойдет до таких высот, которые приведут к совсем уж непристойному укорочению юбок.

Айра Коблей приводит любопытный график под названием «Рынок быков и голые коленки»: линия индекса Доу наложена на линию, соединяющую семь отметок длины юбок с 1917 по 1967 год. Обсудив этот график, он делает вывод: «Итак, можно со значительной долей уверенности утверждать, что между длиной юбок и ценой акций существует ярко выраженная связь. Длина юбок - это верный барометр. На Уолл-стрит можно вывесить новый лозунг? «Прежде чем продавать, взгляните на юбки!»

Во имя науки я готов пожертвовать некоторыми тайнами своей интимной жизни и поделиться с вами своими личными соображениями на тему секса и спекуляций. Более того, я предложу вам два новых индикатора рынка (подкрепленных данными с 1878 года до наших дней): «секс и спекуляции» и «секс и Шекспир». Возможно, эта глава даст толчок новым дискуссиям. Возможно, она побудит других людей заговорить честно и открыто и тем самым внесет свой вклад в совершенствование человечества. А быть может, она станет искрой, от которой вспыхнет новая революция. Спексуальная. Или сексулятивная.

Любимый конек моего дедушки

Для моего деда секс был главным жизненным вопросом. Книга Бронислава Малиновского «Сексуальная жизнь дикарей» всегда лежала на его рабочем столе. Он читал «Сексуальную психопатию» Крафта-Эбинга и сочинения маркиза де Сада. И цитировал эти книги в разговоре чуть ли не с каждой привлекательной особой женского пола. Его дочка Джейн рассказывает, что Мартин не раз обсуждал сексуальные обычаи первобытных племен с красотками, купающимися у берега Кони-Айленд, в двадцати шагах от его дома. Если бы Берди (которая была на восемь дюймов выше его ростом) застала его за этим занятием, Мартину бы не поздоровилось. Как известно, история повторяется. Когда мне было двадцать три года, моя супруга застала меня за аналогичным занятием. Она вылила мне на голову бутылку клюквенного сока, что произвело необходимый охлаждающий эффект.

Мартин любил сочетать музыку с сексом и игрой на бирже. Он брал уроки игры на фортепиано у Скотта Джоплина и научился играть два рэгтайма. Нотную грамоту Мартин знал, но предпочитал учиться с рук. Он говорил Скотту: «Покажите мне аккорды, а я запомню».

Скотт Джоплин был поразительно талантлив. В истории музыки это один из величайших мастеров мелодии и ритма. Но при этом он был беден как церковная мышь. Мартин регулярно собирал поношенную одежду, от которой отказывались пятеро его братьев и трое детей, и лично относил в Гарлем, где жил Джоплин. Нидерхофферам было приятно думать, что эта одежда приносит пользу семье Скотта. Еще радостнее на душе им стало, когда Мартин сказал, что девушки в доме Джоплина ходят едва ли не нагишом и что без этих обносков им, наверное, вовсе бы нечего было надеть.

Семьдесят пять лет спустя истина открылась. Исследователь биографии Джоплина установил, что эта одежда переходила в собственность обитателей ночлежки, которой управляла жена Скотта. Но к тому времени Мартин уже умер. И ему не пришлось испытать на себе ярость Берди, которая наверняка обрушилась бы на его голову, узнай она истинную причину визитов Мартина в Гарлем.

Увлечения Арти

«Э-ге-гей!» Половицы трясутся от топота сапог. «Поклонитесь своим партнерам! - восклицает Арти, взгромоздившись на стул перед музыкантами, отчаянно дующими в флейты. - А теперь все взялись за руки и сделали два круга вправо!» Восемь кавалеров в строгих галстуках и отутюженных джинсах и восемь миловидных дам в кринолинах послушно повинуются его приказам.

Хорошенькие женщины уделяют Арти, пожалуй, чересчур много внимания. Он всегда пользовался у них успехом. С самого детства он занимался бальными танцами и обладал природной грацией и чувством ритма.

Арти беседует с Аделиной - самой симпатичной из девушек, в пышном шелковом платье с глубоким декольте. Кроме бальных танцев, она занимается дзюдо. Уже в 40-е годы женщины понимали, что должны уметь сами постоять за себя.

«Арти, я могу ходить где угодно в любое время суток! Я способна уложить на месте любого нахала».

«Это тебя не спасет. Лучше послушай меня. Если на тебя нападет грабитель, не сопротивляйся. Отдай ему деньги и не зли его».

«Но, Арти!.. Я умею драться!»

«Не льсти себе. С мужчиной ты драться не сможешь. Мужчины сильнее».

«Нет же, Арти! Ну хочешь, я тебе покажу?»

«Ладно. Но я тебя предупреждал!»

И Арти молниеносно проводит нельсон. Его техника борьбы превосходно отточена: еще в Бруклинском колледже он выступал в команде борцов-тяжеловесов. И как Аделина ни старалась, вырваться ей не удавалось. Зрители принялись хохотать и подначивать ее, но Арти весил 220 фунтов, и сбросить его было невозможно. Наконец Аделина сдалась и принялась звать на помощь своего дядю.

Правда, моя мать не смеется. Наши расходы в последнее время возросли... особенно - расходы на меня. Учитель музыки повысил плату за уроки вдвое.

У Арти было множество удобных возможностей. Работа полицейского нередко включала в себя личные визиты к одиноким и подчас недурным собой женщинам. «Офицер, мне было бы гораздо спокойнее, если бы вы задержались еще хотя бы на несколько минут! Я так боюсь оставаться одна, когда этот негодяй бродит где-то поблизости!» Когда моя будущая жена прибегала к подобным уловкам, я всегда отвечал: «Ну что ж... возможно, это поможет». Но Арти всегда отказывался.

Совмещать секс с работой неудобно по множеству причин. «Секс - это дело для спальни, а не для офиса», - говорил мне Арти. И я свято следовал этому совету - до тех пор, пока не смог устоять перед своей очаровательной помощницей еще в те времена, когда ей было всего девятнадцать лет. Мне было бы стыдно до сих пор... если б к настоящему моменту мы не прожили в любви и согласии уже двадцать лет и не завели четырех детей.

Арти частенько приходилось иметь дело с красотками, которых неудержимо влекла к себе фаллическая природа полицейской дубинки. Полицейский - это ходячий секс-символ, как писал Арти в своей книге «За щитом», ставшей бестселлером:

«Полицейский вполне способен постоять за себя в битве полов. Суровый облик, аккуратная форма, нагруженные сексуальной символикой профессиональные атрибуты превращают полицейского в чрезвычайно мужественную фигуру и, без сомнения, повышают его статус как потенциального мужа. Двадцать лет назад полицейский был идеальным бойфрендом для прислуги; в наши дни он стал вполне достоин выбора учительницы или медсестры.

Патрульный полицейский гораздо чаще подвергается сексуальным соблазнам, чем представители большинства других профессий. Вуайеризм - это узаконенный элемент работы полицейского».

Судя по байкам Уолл-стрит, трейдер тоже умеет постоять за себя в «битве полов». Первое, что замечает посетитель, входящий на торговую площадку, - это что все пять тысяч девушек-клерков одеты просто убийственно. Они все до единой похожи на манекенщиц на подиуме. Все до единой хотят выйти замуж за преуспевающего трейдера.

Школа секса

Учитывая те уроки и наследственность, которые достались мне от отца и деда, стоит ли удивляться, что я взял за правило для себя четко разграничивать секс и спекуляцию? Приведу несколько поучительных историй.

Первый раз я столкнулся с опасностью совмещения флирта и конкуренции на теннисном турнире, который проходил на Брайтон-Бич. Тогда мне было одиннадцать лет. Я дошел до финальных игр и продолжал рваться вперед. Но вот, когда я готовился к очередной подаче, внезапно до меня донеслись возгласы приближавшейся к корту толпы: «Bebe!», «S'il vous plait!», «O-la-la!» - и пронзительное: «Non! Non!»

Толпа собралась в кружок. Мужчины ударяли себя по бедрам, хлопали в ладоши и вопили, как индейцы. А в середине шла хорошенькая девица лет шестнадцати, и на ней было бикини - едва ли не первое бикини, появившееся на Восточном побережье. Я ее узнал: она бывала на Французской Ривьере, где уже в те времена женщины часто загорали топлесс. Весь остаток матча я не мог выбросить ее из головы... и, само собой, проиграл.

Симпатичная репортерша

Во второй раз, когда я объединил секс и конкуренцию, мне только чудом удалось спастись. В 1974 году в Принстоне я играл в первом туре национального чемпионата по сквошу. Я был знаменит, поскольку годом ранее на турнире в Детройте я не проиграл ни одного гейма. После первого тура у меня должна была взять интервью симпатичная репортерша из «Дейли Ньюс». Мои мысли все время возвращались к этой приятной перспективе... а когда я опомнился, то проигрывал уже 5:0 в пятом гейме.

Когда бы я ни играл, толпа всегда болела за моего противника. Думаю, в основном потому, что я почти всегда выигрывал, а им хотелось разнообразия. Когда я начал проигрывать, болельщики застыли в напряженном ожидании. И я понял, что не хочу доставить им удовольствие.

Между тем мой соперник начал тянуть время - спорить с судьей, поминутно обтираться полотенцем, ходить вразвалочку... Одним словом, он делал все, чтобы отвлечь и вывести меня из себя.

Но несмотря ни на что мне удалось сосредоточиться. Я перешел в наступление, выбросил из головы репортершу и в конце концов разгромил своего соперника со счетом 18:13.

Держись на расстоянии

Думать о сексе, когда занимаешься делом, опасно. Но еще опаснее вмешиваться в дела других людей, когда они увлечены сексом. В первый день, когда я перешел в старшие классы, я решил записаться в школьный оркестр. Я разыскал кабинет дирижера, вошел без стука - и обнаружил, что дирижер очень занят. (Теперь стало понятно, почему каждый чиновник стремится получить отдельный кабинет.) Рубашка его была расстегнута. Он сжимал в страстном объятии хорошенькую девушку.

«Нидерхоффер! Какого черта тебе здесь понадобилось?!»

«Я только хотел записаться в оркестр. Я хочу играть на кларнете. Я знаю классиков: Моцарта, Вебера, Брамса, Россини...»

«Убирайся отсюда! Ты что, не видишь? Мелоди плохо себя чувствует. Я должен о ней позаботиться».

«Но когда я могу...»

«Никогда. Будешь играть третью партию на кларнете. А теперь убирайся».

Я играл в оркестре до окончания школы. Но стоит ли удивляться, что за все эти три года я так и не продвинулся дальше третьего кларнета?

Секс, игра на бирже и музыка - это занятия, которые полностью отключают восприятие всего внешнего мира. Отчасти именно поэтому они настолько приятны.

История секса и спекуляции

Секс и спекуляция были тесно связаны еще с древнейших времен. В конце XVIII века, если верить тогдашнему репортеру «Форбс» Грегори Дж. Миллману, именно избыток «спексуальности» стал причиной коллапса международного финансового уклада.

Честь создания современного института центральных банков часто приписывают англичанину Джону Ло, основавшему в 1716 году компанию «Миссисипи». Первым шагом на пути к его карьере стал момент, когда Элизабет Виллерс, любовница короля Вильгельма III, не смогла устоять перед мужским обаянием Эдварда Уилсона. Но после ряда свиданий Элизабет почувствовала, что их скоро разоблачат, и вынудила Джона Ло убить Уилсона. Ло приговорили к смертной казни, но он умудрился бежать во Францию. В перерывах между азартными играми и любовными шашнями Джон Ло разработал план конвертации государственного долга Франции в акции компании, которой следовало даровать монополию на торговлю с французскими колониями на Миссисипи. Ло добился аудиенции у короля Людовика XIV, и тот принял его план.

Вокруг компании «Миссисипи» поднялся настоящий ажиотаж, не уступавший, например, тюльпаномании 1650-х годов. В гостиную Джона Ло зачастили светские дамы, готовые на любую «сексуляцию», лишь бы получить долю акций компании. Чтобы подогреть публику, правительство наняло 6000 бродяг, нарядило их горняками и заявило, что эти горняки якобы скоро отправятся в Новый Орлеан искать золото. Однако в конце концов эта затея рухнула, и Ло умер без гроша.

Судя по финансовому факсу крупнейшего в мире банка, европейские правительства до сих пор считают вполне уместным создавать эйфорию в обществе, когда это необходимо для распродажи долгов и акций публике. За этим стоит теория, что государство выигрывает за счет спекулянтов. Но в Соединенных Штатах к подобным ситуациям относятся не очень-то благосклонно. Типичным можно считать обвинение, сформулированное гарвардским профессором Джоном Гэлбрайтом, утверждавшим, что создавать ажиотаж в обществе, искусственно нагнетая необоснованный оптимизм, - это безумие. Он добавлял, что подобная эйфория зачастую создается за счет эксплуатации сексуальных инстинктов публики.

В связи с этим можно вспомнить историю Вальды (мисс Вселенной), сексуальной брюнетки, которая сколотила приличное состояние в двадцать с лишним миллионов долларов, перепродавая европейским инвесторам второсортные акции на Нью-йоркской фондовой бирже. Вспоминая об этом, Вальда поясняет, что ее секрет удачной спекуляции состоял в том, чтобы разжечь в клиенте сексуальный пыл. «Самое главное - правильно рассчитать время, - пишет она. - Главное - задать решающий вопрос точно в нужный момент. Клиент прижимает меня к своей груди и тянется губами к моим губам. И в этот момент я страстно шепчу: «Так вы действительно хотите купить миллион акций?» Какой бы примитивной ни казалась эта система, она срабатывала».

Следует добавить, что эта система далеко не нова. Величайший спекулянт всех времен и народов коммодор Вандербильт не устоял перед чарами двух соблазнительных сестричек - леди Клэфлин Кук и Виктории Вудхалл, открывших брокерскую компанию по торговле акциями и золотом. Кроме игры на бирже, эти предприимчивые сестры проводили спиритические сеансы. Они добились огромной власти над коммодором. Очевидец этих событий, Мэттью Хэйл Смит, писал:

«Ради них Вандербильт был готов на все. Он отрицал это, но известные джентльмены, справлявшиеся у него о надежности сделок с участием этих леди, неизменно получали от него заверения в их абсолютной честности. Этих сестер часто видели входящими в дом Вандербильта на Вашингтон-Плейс, особенно по вечерам. Их встречали там джентльмены, наносившие деловые визиты коммодору».

Архивы пестрят анекдотическими историями, свидетельствующими о том, что спекулянты неизменно терпят убытки, как только начинают смешивать секс с бизнесом. Кеннет Л. Фишер изучил биографии семи великих спекулянтов, закончивших крахом. Джеймс Фиск-младший, Огастес Хайнц и Джесс Ливермор пострадали по вине своей чрезмерной сексуальности.

Великий банкир Джон Пирпонт Морган был известен своим женолюбием. Я задался вопросом, как же ему удавалось предаваться этому пороку в самый разгар викторианской эпохи. Автор биографии Моргана пояснил: «Он старался, чтобы в одно и то же время он и его жена всегда находились на разных континентах».

Самый уважаемый финансовый аналитик всех времен, Бенджамин Грэм, тоже был изрядным развратником. В книгах о нем часто говорится, что женам ближайших друзей и соседей Грэма приходилось постоянно быть начеку. Вот типичное описание характера Грэма, принадлежащее перу Кеннета Л. Фишера:

«Но под маской преуспевающего бизнесмена и респектабельного джентльмена скрывался человек, которому были чужды представления о порядочности в семейных делах. Он был настоящим сердцеедом и менял любовниц как перчатки, переезжая из дома в дом. До своей смерти в 1976 году он успел исколесить всю Южную Францию, Калифорнию и Уолл-стрит».

Джеймс Фиск, партнер Джейсона Гульда в период «золотой лихорадки», завершившейся в 1869 году «черной пятницей», любил красивую жизнь. Он уговорил Гульда купить ему дворец Гранд-Опера и переместил туда свой офис. Он собрал из актрис оперного театра свой личный гарем. Он щеголял в бриллиантах и шелках. Но затем разразилась «черная пятница», и все закончилось. С тех пор Фиск влачил жалкое существование на подачки Гульда и умер от руки любовника своей любовницы. Ему было всего тридцать шесть лет. А Гульд, которого не интересовало ничего, кроме бизнеса, продолжал сколачивать состояние. К концу жизни он стал миллиардером, по современным стандартам.

Хайнц, чья попытка загнать в угол компанию «Юнайтед Коппер» послужила одной из причин паники 1907 года, любил женщин, выпивку и карты. Как пишет Фишер, «его разгульные ночные пирушки не мешали ему преуспевать в бизнесе... но лишь до тех пор, пока ему не взбрело в голову развлекаться днем». Он стал устраивать в своем рабочем кабинете оргии, для описания которых эпитеты «роскошные» или «экстравагантные» слишком слабы. Когда грянула паника, Хайнц потерял свои банки, свой престиж и десять миллионов долларов. В 1914 году он умер от цирроза печени, припертый к стенке семейными проблемами и судебными исками.

Ливермор, один из величайших людей в истории спекуляций, четырежды проделывал путь от банкротства к миллионному состоянию. Но в конце концов Великая депрессия положила конец его акробатическим экзерсисам. Ливермор был трижды женат, содержал уйму любовниц, пил как лошадь и катался на великолепной яхте «Анита».

За долгие годы игры на бирже я успел познакомиться со множеством крупных спекулянтов, превысивших планку в полмиллиона долларов и прочно стоящих на ногах. Время от времени я спрашиваю у них напрямую: «Правда ли, что женщин возбуждают большие деньги и против этого искушения трудно устоять?» И мне отвечают: «Правда. Но меня это не интересует. Это обошлось бы мне слишком дорого и отвлекало бы меня от бизнеса».

Преступления против нравственности

Я пошел по стопам профессора Гэлбрайта, одного из моих преподавателей в Гарварде, который сорок лет спустя после этого события признался, что завел интрижку с одной из своих студенток. Впрочем, профессор упомянул о двух смягчающих обстоятельствах: «В те времена подобные романы не считались настолько возмутительными, как теперь. Кроме того, мы с ней вот уже сорок лет как счастливо женаты».

Примерно так же я в 1977 году встретился со своей женой. Мы познакомились в ходе работы над программой рыночных отношений. Мы вместе с ней думали, творили и вели организационную деятельность. Программировать с кем-то на пару - куда более интимное занятие, чем, например, вместе принимать душ (что рекомендуют руководства по сексу в качестве подготовки). Неудивительно, что наступил прекрасный момент, «и в этот день мы больше не программировали».

Сьюзен знала кое-что о наклонностях моего деда Марти и о популярности моего отца. И не упускала случая поддеть меня. Когда к нам приходили в гости другие супружеские пары и наставало время садиться за стол, Сьюзен заявляла: «Нет-нет, Виктор не захочет сидеть рядом со мной. Он любит сидеть за столом рядом с красивыми дамами... вот, например, такими, как вы».

Итак, я не боюсь сознаться, что считаю женщин, компетентных в своем деле, особенно привлекательными. И я уверен, что секс, равно как и музыка, может помочь человеку достичь вершины счастья. За одиннадцать лет своей взрослой холостяцкой жизни я несколько раз предлагал своим знакомым незамужним женщинам завести обоюдно приятный роман. Но мне неизменно отвечали: «Мне еще никогда не делали такого откровенного предложения. Но я не согласна. Я понимаю, что это разумно, но я ничего не могу поделать со своими чувствами». В 1993 году я узнал, что во времена Антиоха такого рода диалог обязательно должен был предварять попытку изнасилования. Таким образом, я проявлял удивительную корректность. И вообще я был настолько порядочен, что никогда не позволял себе непорядочности. Фортуна любит смелых - как в любовных делах, так и в бизнесе. Трусу никогда не завоевать сердце прекрасной дамы и стопроцентную годовую прибыль.

Однако несмотря на все это я убежден, что когда ты занят сексом и мыслями о сексе, спекулировать нельзя. И в другие азартные игры тоже нельзя играть. Хороший секс делает человека слишком безмятежным, а неудовлетворенное сексуальное желание, напротив, чересчур нервозным.

Возьмите на заметку: если ваша жена слишком занята детьми и хлопотами по дому, чтобы уделять вам должное внимание, то вам грозит опасность чрезмерно увлечься спекуляциями. Вы начнете делать неблагоразумные заказы и заключать невыгодные сделки. Нет ничего хуже для игрока на бирже, чем жена, у которой на лице написано: «Если хочешь переспать со мной, купи билет за две недели».

Почему же секс и мысли о сексе так мешают успехам в бизнесе? Свой вариант объяснения этого явления предложил сам Фрейд. Он полагал, что подавление сексуальности сыграло решающую роль в развитии творческих сил цивилизации.

Возможно, биологический фактор и вправду имеет огромное значение. Мы привыкли считать себя в первую очередь разумными существами, но физическая сторона жизни все равно берет свое. Достаточно малейшего изменения в химических процессах, происходящих в организме, и нам уже трудно сосредоточить мысли. Достаточно девице в бикини пройти мимо корта - и я уже проигрываю теннисный матч. Достаточно сделать перерыв на обед - и вы уже проигрываете в покер. Хуже того, мы не понимаем, что с нами происходит, до тех пор, пока не разразилась катастрофа.

Соблюдать суровые правила бизнесмена не так уж просто. Рынки валюты буквально кишат соблазнительными брокершами и дилершами. Но если вы хотите преуспеть в спекуляциях, в первую очередь научитесь сдержанности.

Наука секса

Теория длины юбок - это всего лишь попытка дать количественную оценку производительности рынка в связи с сексуальной активностью.

В этой области трудно подыскивать образцы и прецеденты. Так, несколько лет назад модными были и короткие юбки, и длинные. Более того, смена моды на длину юбок происходит гораздо реже, чем развороты тенденций на какой бы то ни было фондовой бирже.

Я пришел к выводу, что настало время для новой попытки проанализировать взаимосвязь между сексом и рынком. Я подсчитал условную годовую степень внимания, которое в нашей культуре уделяется сексу и спекуляциям. Таким образом, я получил возможность построить график.

Благодаря современным компьютерным базам данных оценить степень внимания, уделяемого тому или иному предмету, не составляет труда. Одним из индикаторов может служить количество книг, публикуемых ежегодно по этому предмету. Всемирная библиотечная сеть располагает базой данных, содержащей библиографическую информацию по 30 миллионам названий книг, поступающих в библиотеки всех стран мира. Я подсчитал количество изданий, посвященных сексу, и изданий, посвященных биржевым спекуляциям, выходивших в свет ежегодно с 1886 по 1995 год.

Далее я решил подсчитать ежегодное количество книг о Шекспире. С моей точки зрения, внимание к Шекспиру может послужить мерой интереса, который люди проявляют ко всему лучшему, что может быть сказано о жизни. Оказалось, что рост внимания к Шекспиру довольно скромен: в 1886 году вышло сто двадцать шесть книг, а в 1995 году - триста сорок пять. Количество книг о спекуляции тоже несколько возросло: с десяти изданий в 1886 году до пятидесяти одного - в 1995 году. Но все это не идет ни в какое сравнение с ростом публикаций, посвященных сексу: в 1886 году таких книг вышло в свет всего сорок две, а в 1995 году - уже тысяча восемьсот сорок две! Тем самым соотношение «секс:Шеспир» возросло от 0,3 в 1886 году до 5,3 в 1995 году. А соотношение «секс:спекуляция» увеличилось от 10,5 до 36. Эти цифры впечатляют.

Секс в семействе спекулянта

В своей книге «Семья полицейского» Арти и моя мама Элен описывают сексуальную напряженность, которую создает в семье работа мужа в полиции:

«Из-за смены графика дежурств ритм жизни резко меняется каждую неделю. Сначала жена полицейского чувствует себя Золушкой, которой надо все успеть до полуночи. А потом ей, наоборот, приходится дожидаться полуночи в одиночестве, если она хочет «пообщаться» с супругом. Ни то ни другое не радует: муж взвинчен, а жена валится с ног от усталости».

Одним словом, если жена полицейского сексуальна, ее не устраивает нерегулярный график работы мужа.

Когда полицейские возвращаются домой после ночного дежурства, они нередко бывают в игривом настроении. Но жена может еще спать или спешить на работу. Работа в полиции каким-то таинственным образом делает человека сверхсексуальным, поэтому неудивительно, что даже в любящих семейных парах иногда возникают недоразумения.

«Один полицейский предпочитал по дороге с работы заглядывать в бар и выпивать с приятелями пару кружек пива, чтобы прийти домой уже сонным».

Говорят, что яблочко от яблони недалеко падает. И, как ни странно, график работы спекулянта похож на график дежурств полицейского. И даже хуже. Мой отец работал по трехнедельному циклу: первую неделю - с полуночи до 8 утра, вторую неделю - с 8 утра до 4 часов пополудни, третью - с 4 до полуночи. На четвертой неделе все начиналось сначала. А у меня график работы меняется не раз в неделю, а три раза в день. И это еще не все.

Выходя на «дежурство», я не беру с собой пистолет. Грабители, которых я пытаюсь загнать в угол, нередко расправляются со мной сами, и я остаюсь валяться в этом углу весь в синяках. В результате я взвинчен, но абсолютно не расположен к сексу. Но, к счастью, моя жена всегда находит способ соблазнить меня.

Как и у большинства трейдеров, у нас с женой отдельные спальни: я не хочу, чтобы Сьюзен просыпалась от постоянных телефонных звонков. Но всякий раз, когда конкуренты накостыляют мне по шее, я могу твердо рассчитывать на то, что Сьюзен заглянет в мою комнату и спросит: «Милый, что я могу для тебя сделать?»

«Ничего. Для меня уже ничего нельзя сделать».

«Не расстраивайся. Что бы ни случилось, мы всегда можем начать сначала! Мы снимем где-нибудь маленькую квартирку. Нам же не привыкать! И дети привыкнут. А если стрясется самое худшее, мы каждый день будем навещать тебя в долговой тюрьме. А ты сможешь в свое удовольствие играть там в шахматы или в теннис».

«Я не хочу оказаться за решеткой. Лучше брось меня и найди какого-нибудь полицейского, который послужит нашим детям хорошим примером».

«Представь себе, что я уже нашла его! Вот он сидит передо мной».

«Вы так милы, леди Сьюзен!»

«Но мы же с вами едва знакомы, офицер!»

«Вовсе нет. Мы долгое время вели наблюдение за вашим мужем и много о вас знаем. Но я хотел бы... э-э-э... узнать вас поближе».

«Вы всегда так много говорите, когда...»

Следующая глава:
Часть 1. Заключение

Вход

Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов: